Category: армия

(no subject)

Чтобы возродить Россию, чтобы сделать её великой, нужно приложить немало усилий.

Чтобы сделать нашу армию сильной, мы должны сделать вот что - первые пятьдесят тысяч призывников получают рамку для фотографии. Солдату, у которого есть дорогие его сердцу фотографии, есть за что сражаться.

(no subject)

- Ты же сам сказал, что они могут идти. - сказал ворчливо Военачальник.
- Заткнись и правь. - сказал Фараон.
- Я слышал своими ушами... - продолжал Военачальник.
- Заткнись. И. Правь. - сказал Фараон.
- Я не понимаю, что с тобой случилось. - сказал Военачальник, подстёгивая лошадей. - Ты же всегда был с ними так мил. Кроме того случая с пирогами.
- Я победил совершенно честно. - сказал Фараон, вглядываясь в горизонт. - В этом смысл конкурса - кто съест больше пирогов, тот и победил.
- Да-да, - согласился Военачальник, - это было совершенно честно - поменять черничные пироги на пироги со свининой. Конечно ты победил - Натан-книжник просто не мог участвовать.
- Во-первых не моя проблема, - сказал Фараон, - какая у них там диета. Во-вторых, всем хотелось разнообразия. Мы уже много веков ели черничные.
Военачальник хмыкнул.
- У тебя будто какой-то кусок мозга вырезали, - сказал он, - как вы, фараоны, никак не запомните, что с евреями не пошутишь?.. Сперва твой отец велел перебить всех еврейских первенцев. Евреи посмеялись ему в лицо. Кроме одной женщины, истерички с рождения - она спустила сына в Нил... Дальше что с ним было помнишь?..
- Заткнись и правь!!! - крикнул Фараон злобно.
- Тебе мало было лягушек? Мух? Ты видел, как они весь город раскрасили кровью?.. - продолжал Военачальник, искоса глядя на Фараона.
Фараон пробурчал что-то и отвернулся.
- И почему ты всё время передумываешь?.. - спросил его Военачальник. - Кто тебя за язык тянет?..
Фараон промолчал.
- Эй, ты чего?... - сказал Военачальник встревоженно.
Фараон вытянул руку.
Перед ними расстилалось Чёрмное море.
- Нехорошо. Очень нехорошо. Очень нехорошо. - сказал Военачальник, резко тормозя колесницу.
Расступившиеся воды моря образовывали узкий коридор от берега до берега. Еврейский народ виднелся в его середине.
- Плохо. Очень плохо. Очень плохо. - сказал Военачальник. - Воды не могут просто так расступаться. Очень плохо. Очень плохо-плохо.
- Заткнись. - сказал Фараон, скользя вниз по склону. - Ничего необычного. Вода, гм, просто отхлынула. Тут такое случается регулярно. Это последствие отлива. Понял?
- Я-то понял, - сказал Военачальник, - я всё понял. Вот до тебя никак не дойдет. Воды просто так не расступаются!
- Просто так - нет. - сказал Фараон. - А сами собой - регулярно.
Военачальник вздохнул.
- Можно я домой пойду?.. - сказал он жалобно. - А то будет как в прошлый раз...
- Какой прошлый раз? - нахмурился Фараон. - Веди людей!
- В прошлый раз к тебе пришёл Моисей и сказал, что горящий куст велел ему выводить евреев из Египта. А ты посмеялся. А потом пришёл горящий куст и объяснил, что действительно велел выводить людей...
Фараон поднял палец.
- Тот факт, - сказал он, - что кто-то прожёг дыру в ковре, ничего не значит. Это была галлюцинация.
- Это была очень злая галлюцинация! - сказал Военачальник, усаживаясь на песочек. - И она сделала очень больно стражникам.
- Так, хватит депрессии! - сказал Фараон сурово. - Я фараон, а они евреи. Они подчиняются мне, рождаются и умирают, а я живущий среди людей бог.
- Я это уже слышал. - сказал Военачальник безнадёжно. - "Кто такой Моисей?.. Кто будет помнить о нём через сто лет?.. А я - фараон, моё имя навсегда останется в истории"...
- И останется, вот увидишь! - воскликнул Фараон. - Если уже не осталось.

(no subject)

Все, кто был в зале, завороженно следили за Саломеей - Ирод, Иродиада, придворные и гости, лакеи и четыре кошки.
Саломея танцевала сама с собой, а казалось, будто танцует сразу три человека. Её руки прыгали по её телу и ласкали его, сжимали и отпускали, мяли и раскатывали так, что казалось, будто Саломея - кусочек изящной глины или подвижной ртути в двух узких ладошках.
Когда она остановилась, выдохнули не все и не сразу.
- Потрясающе. - сказал Ирод. Ему пришлось скрестить ноги, чтобы не выдать своё волнение. - Потрясающе.
- И?.. - подсказала Иродиада.
- Знаешь что, дочка, - сказал Ирод, - проси чего хочешь.
- Чего я хочу? - сказала Саломея невинным чистым голосом.
- Всего, чего хочешь! - воскликнул Ирод. - Что придёт в твою головку.
- Хм, посмотрим. - Саломея вытащила из-за пояса небольшую, сложеную вчетверо бумажку, развернула её. - Ах, да.
Она повязала на лоб тёмно-зеленую ленту.
- Итак, - она чуть-чуть откашлялась и уставилась на бумажку. - Армия Освобождения Палестины требует у тебя, о Ирод...
- Армия чего?! - воскликнул Ирод.
- Освобождения Палестины, о Ирод. - сказала Саломея.
- От чего?! - воскликнул Ирод.
- Что значит "от чего"? Просто освобождения. Ото всего! Свобода не бывает от чего-то. Свобода просто бывает. - объяснила Саломея. - Итак, мы требуем, чтобы ты выпустил из застенков всех политических заключённых. Мы требуем также вывода римских войск с территории Иудеи, организации контроля за состоянием окружающей среды...
- Контроля за чем?!
- Папа, - сказала Саломея, ставя ударение на последней букве, - вы Иордан когда-нибудь видели? Он же чёрный от дерьма этих так называемых "миротворцев". Итак, дальше...
Иродиада поднялась и, вмахнув рукой, грохнулась в обморок.